Будущее на костях

В настоящее время в Минстрое активно обсуждают вопрос легализации похоронного бизнеса и процессов, связанных с этой областью. Возможно, в будущем эта область будет полностью узаконена и даст возможность развитию различного рода коммерческой недвижимости. Сейчас рынок похоронных услуг и принадлежащая этому территория развиваются хаотично, что вызывает у граждан множество претензий к содержанию кладбищ и коррупции.

Перспективы частных кладбищ

Федеральная антимонопольная служба уже в течение трёх лет готовит реформу похоронного рынка, однако в Минэкономразвитии и Минрегионе опасаются, что передача кладбищенской территории инвесторам приведет к резкому росту цен на ритуальные услуги. Стоит отметить, что центральную позицию в новом законопроекте занимает пункт, легализующий частные кладбища.

Согласно этому закону, ФАС предлагает разрешить аренду на 49 лет земельного участка под создание частного кладбища, одновременно с этим запрещается его передача в субаренду, а также продажа арендатору. Предполагается, что введение коммерческих мест погребения улучшит ситуацию с конкуренцией и снизит коррупцию на муниципальных кладбищах. При этом странная путаница возникает в самих определениях – «частное кладбище» подразумевает землю в собственности, а её всего лишь передают в аренду на 49 лет, что уже исключает понятие собственности. Также непонятно, как изменения касающиеся создания частных кладбищ могут не коснуться Земельного кодекса, который при организации частных захоронений является основным. Ведь клиенты автоматически становятся субарендаторами земли, что будет запрещено. И как дальше будет использоваться эта земля по истечении 49 лет?

Учитывая плотную населенность Москвы и Подмосковья даже не ясно, какие по площади и в каких районах должны быть эти кладбища – в Москве строить уже негде, а Подмосковье застраивается коттеджами и дачами, жители которых вряд ли обрадуются таким, пусть и тихим, соседям. Правда, на этот случай у правительства есть предложение – те, чьи дома окажутся рядом с захоронениями, предоставят разнообразные льготы.

«Ввиду понятных предрассудков мы боимся с этим работать, и предпочитаем эту часть городской ткани обходить, не замечать или игнорировать. Тогда как в Европе к кладбищам совершенно иное отношение, их там действительно воспринимают как парки», -считает Илья Тюкин, директор ГК «Арт-фасад», - «Например, можно вспомнить кладбище в финской Иматре, которое располагается между парковкой и торговым центром и через которое люди всегда ходят от одного к другому, никаких неприятных ощущений при этом не испытывая. Хотя, конечно, кладбища в Европе и выглядят несколько по-иному - более аккуратно и приятно. Это обычно объединенный газон с аккуратными надгробными плитами, красивые дорожки, какой-то ландшафт: все это создает совершенно иную атмосферу. Ведь кладбище – это не только место, предназначенное для того, чтобы отдать дань уважения своим родственникам и близким, но и место, нацеленное на получение положительных эмоций, связанных с приятными воспоминаниями о близких. Почему мы создаем там такую чудовищную атмосферу, неясно. Нам сильно не хватает новых современных кладбищ европейского формата с качественным управлением».

Пока что власти говорят, что процедура отбора подходящих участков для размещения новых частных кладбищ, бумажные проволоки и организация торгов займут по меньшей мере 1,5-2 года. Таким образом, первые частные кладбища в России появятся не раньше 2015-2016 гг.

Стройки на некрополях

Новое строительство на территориях старых кладбищ остается неоднозначной и сложной не только из-за своей этической стороны. Помимо сложностей, которые сопряжены с этим процессом (перезахронения, очищение и рекультивация земли, сохранение и выявление памятников и т.д.), встает вопрос и о том, насколько перспективным будет такое строительство. В России народ до сих пор суеверный, и вряд ли мы бы удивились серьезному начальнику компании, отказавшемуся арендовать офис в комплексе, построенном «на костях».

Причина, однако, касается не только мистических аспектов, но и вполне реальных угроз - погоня за прибылью в сфере строительства приводит к тому, что девелоперы умалчивают о допустимости строительства на бывших или действующих кладбищах, скотомогильниках или свалках. Также не всегда выдерживается максимально допустимое расстояние до «культовых мест».

С начала 20 века в столице были снесены крупные старинные городские кладбища так как они нарушали санитарные нормы и сдерживали развитие города. Так, среди самых известных случаев редевелопмента территорий можно отметить Дорогомиловское кладбище. Его территория тянулась вдоль современной набережной Тараса Шевченко, от моста «Багратион» до двенадцатых домов по Кутузовскому проспекту. Начиная с 40-х годов прошлого века началась активная застройка этой территории – произвели перезахронения. Сейчас на этом месте находятся офисный центр «Башня 2000» и торговый мост. Другие же прилегающие к набережной территории могут быть отданы под элитную застройку. Детский парк «Фестивальный» в Марьиной Роще также был разбит на месте знаменитого Лазаревского кладбища. Даже знаменитый ЗИЛ, который сейчас ждет глобальная застройка, был когда-то построен на месте кладбища при Симоновском монастыре. Да и на многих старинных московских погостах впоследствии были построены жилые кварталы и предприятия.

Илья Тюкин считает, что в целом, около старинных кладбищ в центре можно было бы реализовать офисную функцию, гипермаркеты, - им это не навредит ни качественно, ни кармически, никак иначе. С жильем, конечно, посложнее, хотя и в этом нет ничего отрицательного. Примеры, когда дом строится рядом с кладбищем, есть. Например, в Москве дом премиум-класса Barkli Residence, архитектором которого является известный американский архитектор Роберт Стерн, строится как раз рядом с кладбищем. Хочется верить, что участие в этом проекте столь авторитетного во всем мире человека положительно скажется на существующих у нас предрассудках.

Что касается относительно новых погостов, то тут дела обстоят сложнее – необходимо создавать технические указания, в которых будут четко прописаны параметры того, когда данный участок можно будет использовать по новому назначению, какие работы должны быть проведены для рекультивации земли и условия поддержания в безопасном состоянии того или иного объекта.

В частности, перед стройкой необходимо провести тщательный анализ грунта и геомониторинг территории для того, чтобы определить уровень содержания в земле вредных веществ или грунтовой воды.

Однако, кажется, проблема строительства на захоронениях последнее время стоит не так остро, как строительство на местах расчищенных свалок или сбросов химических отходов, которые вымываются из земли не одну сотню лет.

Практика для не суеверных

Несмотря на то, что строительство на местах бывших захоронений и вплотную к ним в России осуждается, даже учитывая явную нехватку места в черте городов, девелоперы все-таки рискуют строить на этих территориях. Например, часто можно встретить ситуацию, когда активисты выступают против возведения детских садов, школ, больниц и жилых домов на местах захоронений, пусть уже и перенесенных. Да и сами чиновники зачастую становятся на сторону горожан – отменяют строительства торговых центров на бывших братских могилах. Чего стоит судебная тяжба со строительством на Фарфоровском кладбище в Петербурге!

Но дело не только в суевериях. Девелоперы зачастую мешают сами себе – вместо того, чтобы получить всю разрешительную документацию, провести анализ почвы и грамотно перевести вид использования земли под общественно-деловую застройку, они пригоняют трактор, который сравнивает с землей погост, что, естественно вызывает возмущение общественности. Дело с таким строительством всегда очень щекотливое, и необходимо действовать аккуратно, этично. И главное – в рамках закона.

В любом случае, если правительство установит нормативную базу касающуюся погостов и они получат грамотное управление, а строительство рядом с ними будет узаконено, то и понимание закономерности такого развития постепенно придет. Пока что негативный имидж такого бизнеса преобладает, однако жизнь продолжается и всё в ней меняется.