«В России зима, а на Карибах сезон тайфунов»

Один из крупнейших мировых игроков на рынке строительства и управления яхт-марин luxury- класса  - американская Mourjan Marinas IGY - построит в Сочи первую в России марину на 250 яхт. О российском рынке, тайфунах на Карибах и яхтинге в Подмосковье рассказал генеральный  директор IGY Майкл Хорриган.
Арендатор.ру: Какова ваша роль в проекте «Сочи Гранд Марина»: проектирование, управление строительством, последующее управление мариной?

Майкл Хорриган: Да, именно так. Полный цикл, включая маркетинг, обучение персонала.

Какие главные тренды в строительстве марин сейчас определяют этот рынок в Европе?

В последние 10-12 лет наблюдается тенденция перемещения крупных яхт из западной части Средиземноморского бассейна к Востоку. Важно понимать, что сейчас в западной части Средиземноморья крупные важнейшие марины – это реконструированные рыбацкие или промышленные порты. Для больших яхт, приходящих издалека, такие порты подразумевают слишком большое ограничение по размеру, по глубине и удобству причалов. И даже в таких крупных городах, как Ницца, Монако и других популярных портах береговая линия  очень плотно заселена и застроена, очень большая концентрация людей. В результате наблюдается смещение все дальше и дальше к Востоку. Очень сильные рынки в Хорватии, Черногории. Греция - это более традиционное направление. Сейчас очень хорошо развивается Турция. И Турция как ворота в Черное море открывает возможности для выхода в этот регион, который считается очень привлекательным с точки зрения круиза и туризма. Единственное ограничение этому движению на Восток – это отсутствие высококачественной структуры.

Что вы подразумеваете под высоким качеством?

Должны быть качественные причалы, коммуникации, начиная с электричества и канализации, заканчивая телекоммуникациями. Также крайне важен уровень предоставляемого сервиса в смысле наличия отелей и возможностей проживания яхтсменов. Современные марины сегодня стремятся строить отели. Потому что владельцы крупных яхт – это богатые люди с утонченным вкусом. Они привыкли, что если им что-то требуется, они снимают трубку и заказывают еду, цветы и все что угодно. И на наших маринах мы предлагаем услуги оформления всех таможенных документов для команды, которая может состоять из 5-6 человек, всю необходимую инфраструктуру, ремонт, техническую поддержку для яхт. И соответственно, чем выше уровень предлагаемого сервиса, тем больше будет поток яхтсменов в этой части Средиземноморья. Именно на такой уровень дизайна и сервиса ориентируются Совкомфлот и Mourjan Marinas IGY в сочинском проекте.

Существует ли какая-то общепринятая классификация марин?

Да, такая классификация существует. Это международная система так называемых «флагов» или «золотых якорей». Это очень строгая система. Чтобы получить статус определенного уровня, необходимо пройти множество жестких проверок уровня безопасности, персонала, сервиса и большое количество других составляющих. Наша цель в проекте в Сочи – получить «золотой якорь».

Это высший статус?

Может быть несколько «золотых якорей».

То есть это как звезды Мишлен для ресторанов?

Да, система очень похожа на звезды Мишлен, то есть ни один вновь открытый ресторан не может сразу получить три звезды, потому что в повышении статуса уже важно поддержание соответствующего качества на должном уровне на протяжении года и далее.

А кто вас будет классифицировать?

Здесь нет организации, которая проводит проверки и проверяет уровень соответствия, но в принципе если компания, строящая марину, изначально нацелена на высокое качество, то это делается не ради того, чтобы получить тот или иной статус, а просто как хороший бизнес-проект. И в таком случае статус получается легче, потому что высокое качество заложенно в бизнес-план строительства и управления проекта.

Ваше участие в проекте можно расценить как приход в Россию? Как вы сами к этому относитесь?

Да, можно так расценивать. На данный момент это наш первый проект, мы в нем участвуем в течение последних 18 месяцев. Кроме того, в процессе обсуждения находятся два новых проекта в бассейне Черного моря. Эти проекты расположены не так далеко друг от друга, но и не так близки, чтобы составлять конкуренцию. Также очень интересные перспективы в плане строительства марин открываются в Одессе. Еще мы вели переговоры с некоей компанией на Москве-реке, но это ни к чему не привело.

Как бы вы оценили рынок марин в России?

Однозначно, рынок очень перспективен, и по всему миру большое количество мега-яхт принадлежит именно русским владельцам. И если в России создать соответствующие условия и сервис, эти люди захотят вернуться. В более широком плане огромные возможности связаны с Олимпийскими играми, поскольку много людей приедет в Сочи и люди будут также прибывать на своих яхтах и получат возможность оценить красоту этого региона, перспективы и привлекательность.

Вы проработали в России 18 месяцев. Как вы принимали решение о выходе на рынок? Не боитесь ли сложностей с ведением бизнеса здесь?

Российский рынок, несомненно, очень сложный, но мы работаем на Ближнем Востоке, он сложнее, скажу я вам. Сложности Востока и России заключаются в разном. Те рынки, на которых мы работаем, в частности Марокко, Бахрейн, Черногория – сложные и очень разные, и мы считаем, что самое важное в такой ситуации принять во внимание все особенности каждого конкретного рынка и очень ответственно подойти к выбору партнера.

Вы открыли свой офис в России?

Сейчас нет. Но с запуском марины, конечно, откроем.

Это будет офис по обслуживанию марины?

В принципе возможно два типа: управление мариной в Сочи. Если же получатся другие черноморские проекты, то этот офис будет управлять остальными также.

Где он будет находиться?

Исходя из того, что все наши объекты находятся на Черноморском побережье, и Сочи – это самый престижный проект на данный момент, то с большой долей вероятности офис будет открыт именно в Сочи. Мы стремимся организовывать офисы в непосредственной близости от марин, а не где-то в удалении.

Если у вас были переговоры о проекте в Подмосковье, значит, вы занимаетесь и пресноводными маринами?

Россия уникальна тем, что реки очень большие и масштаб объектов, расположенных на реках, может быть сопоставим с масштабом морских объектов, что в других странах невозможно. В большинстве других стран речные марины намного меньше и они локальные. В России, насколько я понимаю, хочу предупредить, что это догадки и предположения, что, например, в Киеве и Москве судоходные перспективы на реках огромны. Так, в Дубае находится одна из наших самых интересных и привлекательных марин на реке, но она рассчитана на 150 яхт, то есть совсем небольшая.

Вы видели подмосковные яхт-марины?

Я видел только одну марину, с которой, собственно, и велись переговоры, которые ни к чему не привели, и было вполне все симпатично, но насколько я понимаю, там все сезонно и зимой работать не может.

Разве это не серьезное препятствие для вас?

Сезонность – это очень сложный вопрос. Но Россия не уникальна в этом плане, потому что в России зима, а на Карибах, к примеру, сезон тайфунов, когда марины просто не работают. Это просто другая бизнес-модель.

Беседовал Рафаэль Хайбрахманов