Закон и порядок в retail-city

Закон о госрегулировании торговли уже вступил в силу. Однако пока не ясно, какие же последствия от него нас ожидают. Когда принятие этого закона обсуждалось в правительстве, представители ритейла и смежного бизнеса вели горячие дебаты относительно нужности и полезности этого нововведения.

Представители розничных сетей во весь голос кричали о том, что после введения данного закона россиян ждет рост цен и сокращение ассортимента, а вот оппозиция, состоящая из авторов закона, уверяла, что предлагаемые меры будут выгодны продавцам, покупателям и производителям.

И вот, в конце прошлого года закон вступил в свои права. Враждующие лагеря потихоньку сбавили обороты наступления: сторонники закона ликовали, а противники предпочли просто смириться, так как обратной дороги уже нет и ничего исправить нельзя.

Для того, чтобы делать выводы о результативности нового закона, конечно, прошло недостаточно времени, однако уже сейчас можно досрочно оценить его перспективы.

Суть закона

Согласно закону, правительство будет вправе устанавливать предельно допустимые розничные цены на социально значимые товары первой необходимости (их список утверждает кабинет министров), если в течение 30 дней рост цен на них составил 30%. Если такой факт будет выявлен, «вето» правительства вступит в силу на территории региона, в котором будет обнаружена такая тенденция, на три месяца.

Кроме того, ритейлерам разрешается взимать с поставщиков лишь один бонус за объем поставок, не превышающий 10%. В то же время заключенные ранее договоры будут действительны до 1 августа, что, несомненно, утешает большинство сетей.

Отметим, что наказание за несоблюдение новых норм пока не определено. Ведомство предлагает штрафовать руководителей компаний на 30-50 тыс. рублей, юрлиц - на 0,7-1 млн. рублей, а чиновников за дискриминацию торговых сетей - на 30-50 тыс. рублей или дисквалифицировать на срок от одного года до трех лет.

Однако, по мнению многих экспертов, новые требования к договорам поставок могут не заработать даже после истечения переходного периода. Всевозможные бонусы могут легально быть включены в отдельные договоры об оказании услуг.

Напомним также, что с 1 февраля вступило в силу ограничение на 25%-ную долю торговых сетей в границах субъектов Российской Федерации. На сегодняшний день ни одна сеть не получила столь высокой доли регионального рынка в границах субъектов, за исключением Санкт-Петербурга, где Х5 занимает около 31%.

В январе ФАС представила формулу расчета доли торговых сетей в границах муниципальных округов. Но для ее применения нужны данные Росстата, который, в свою очередь, таковыми не обладает.

Также одобрен вариант норм о предельных сроках оплаты товаров по договору поставок (срок возврата платежей), в соответствии с которым продовольственные товары, на которые срок годности установлен менее 10 дней, подлежат оплате в срок не позднее 10 рабочих дней (ранее предлагалось 14 и 15 календарных дней) со дня приемки. Если же срок годности составляет 10-30 дней - оплата должна быть произведена в срок не позднее 30 календарных дней. Продовольственные товары сроком годности свыше 30 дней, а также алкогольная продукция, произведенная на территории РФ, подлежат оплате в срок не позднее, чем 45 календарных дней.

В документе также дан перечень недопустимых действий органов государственной власти и местного самоуправления в сфере регулирования данной области. В частности, запрещается проводить повторные проверки качества и безопасности товаров, за исключением случаев, предусмотренных законодательством; принимать ряд нормативных актов и др.

Положения закона не применяются к отношениям, связанным с организацией и осуществлением внешнеторговой деятельности; деятельности товарных бирж; торговле на розничных рынках; деятельности по купле-продаже ценных бумаг, объектов недвижимости, продукции производственно-технического назначения.

Некоторые эксперты считают, что реформы в сфере торговли действительно давно были необходимы. Дмитрий Цыбанков, генеральный директор ИГ SeSeGar отмечает, что желание государства навести порядок в торговле – «инициатива благая и давно назревшая». «Другое дело, первостепенные ли вопросы взялись решать чиновники от торговли. Рынок - вещь гибкая и приспосабливается ко всему. На мой взгляд, государственным органам следовало бы начать реформы с усиления контроля за качеством продовольствия, регулированием взаимоотношений между производителем и сетями, поощрением формирования сетями своих хозяйств, перерабатывающих комплексов, производств», - сообщил он.

Что изменится на потребительском рынке кроме цен?

Ответить на это вопрос нельзя, не прояснив экономический смысл бонусов, взимание которых ограничил закон о торговле. Очевидный ответ — «все дело в монопольной власти крупных сетей» — неверен. «Конечно, крупная сеть может добиваться выгодных для себя условий поставок, но вопрос не в общей выгодности условий поставок, а в форме, которую они принимают.  «Требуется объяснить, почему торговая сеть взимает «плату за полку» вместо того, чтобы просто добиваться самой маленькой закупочной цены? И почему, если все дело в монополизме, плату за полку не взимает самый крупный американский супермаркет Wal-Mart, но взимают многие небольшие магазины?», - отмечает Вадим Новиков (институт прикладных экономических исследований АНХ при Правительстве РФ).

В конечном счете, по его словам, ответ состоит в том, что плата за полку и другие бонусы взимаются потому, что производитель и ритейлер — разные люди. Более конкретно, потому что у них отличаются знания о товаре, а также отличаются интересы в плане продвижения товара, а бонусы позволяют сгладить эти различия.

Типичный поставщик производит намного меньше товаров, чем продает типичный ритейлер, и, как правило, знает о своих товарах намного больше, чем менеджеры торговой сети. Особенно велико различие в знаниях, когда речь идет о новом товаре — производитель хорошо знает технологию его изготовления и уровень качества, имеет перед собой результаты маркетинговых исследований или просто уверен в правильности своей интуиции. Проблема в том, что ритейлер всего этого не знает и не достаточно просто лишь сказать ему: «у меня отличный товар». Одним из решений этой проблемы является не завязанный на объем товара платеж — бонус. Он наглядно демонстрирует уверенность поставщика в перспективах продукции. Всем ясно, что если он ожидает, что за первым заказом последние новые, то в расчете на единицу продукции бонус окажется весьма небольшим. Если же первая партия окажется последней, то в расчете на единицу продукции скидка окажется значительной.

Подробнее о бонусах

Другая роль бонуса — способствовать продвижению товаров. Любой магазин является не только местом продажи, но и выставочным залом. «Появление товара на полке, особенно на «хорошем» месте, способствует росту продаж товара. Проблема в том, что покупатель может приобрести товар не только в магазине, где его поставили на «хорошее» место, но и в других местах, а потому магазин не учитывает в своих решениях о размещении товаров все полезные для поставщика последствия. Более конкретно, он склонен заниматься продвижением товара меньше, чем этого требуют интересы поставщика. Чтобы решить эту проблему, поставщики платят магазину, который выставляет товар на «хорошем» месте, часть прибыли, которую они получат в других магазинах за счет этой рекламы. Эта плата — тоже бонус», - говорит Вадим Новиков.

Что же будет теперь, когда закон существенно ограничил уплату бонусов? Проблемы, решению которых служили бонусы, никуда не денутся. Следовательно, участники рынка будут искать для них другие решения. Одну из перспективных идей решения можно назвать уже сейчас: если проблема возникает от того, что производитель и ритейлер разные люди, то она исчезнет, если в обеих ролях будет выступать один человек. «Объединив производителя и продавца в одной фирме, мы преодолеваем различие их знаний относительно нового продукта. Передав заботу о брендах торговой сети, при помощи собственных торговых марок мы преодолеваем различие в интересах относительно продвижения товаров. Эти решения не лишены своих недостатков, однако теперь они стали более привлекательны, чем прежде. Это одно из главных побочных последствий нового закона, и участникам отрасли остается ждать, не станут ли и новые практики — вертикальная интеграция и собственные торговые марки — предметом повышенного внимания антимонопольных органов», - считает Новиков.

Юридическая сторона закона

Александр Верещагин, доктор права Эссекского университета (Великобритания), отмечает, что проект федерального закона «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации» № 231757-5, хотя и отличается достаточно высоким уровнем юридической техники, имеет, тем не менее, ряд несовершенств и, что более существенно, не согласуется с основополагающими принципами права. 

В законопроекте существуют неясности в определении ряда ключевых понятий. Из статьи 2 («Основные понятия») видно, что законопроект признаёт существование «предпринимательской деятельности, связанной с приобретением и продажей товаров, предназначенных для последующей продажи потребителям»; торговой деятельности, которая является «видом» последней, но при этом специфика этого вида не раскрывается; розничной торговли, которая, в свою очередь, является видом торговой деятельности, но не всякой, а такой, которая связана «с приобретением и продажей товаров, предназначенных для их последующей продажи потребителям» и тем самым по содержанию и объёму совпадает с предпринимательской деятельностью, видом которой она призвана быть; наконец, оптовой торговли, представляющей собой такой вид торговой деятельности, который связан «с приобретением и продажей товаров для использования их в предпринимательской деятельности (в том числе для последующей перепродажи) или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием».

Отсюда видно, что логика построения понятий явно нарушена. Неясно, что же именно представляет собой торговая деятельность и, следовательно, включаются ли в сферу действия предлагаемого закона «хозяйствующие субъекты, осуществляющие поставку продовольственных товаров (поставщики)», которым законопроект противопоставляет «хозяйствующих субъектов, осуществляющих торговую деятельность (покупателей)» (часть 2 статьи 9). Если поставщики торговой деятельности не осуществляют, то тем самым они «выпадают» из сферы действия предлагаемого закона, как она определяется в частях 1 и 3 статьи 1 законопроекта. Кроме того, из определения торговой деятельности (а равно, как указано выше, и предпринимательской деятельности) неясно, требуется ли для признания лица участником торговой деятельности как приобретение, так и продажа товаров, предназначенных для их последующей продажи потребителям, или же достаточно только одного критерия - продажи товаров. В первом случае (а буквальное толкование указывает, что требуются именно оба критерия) придётся признать, что производители не осуществляют торговую деятельность, а следовательно, данный закон не должен на них распространяться. В последнем же случае (если достаточно только последующей продажи товара) круг лиц, признаваемых участниками торговой деятельности, оказывается чрезмерно широким.

Кроме того, в законопроекте нет определения продовольственного товара, что на практике может породить различные толкования, тем более что в других нормативно-правовых актах такого определения тоже нет. Правительством РФ было издано Постановление 31.12.2004 N 908, где давался перечень продовольственных товаров, облагаемых 10-процентным НДС в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 164 НК РФ. Однако оно применяется лишь для целей обложения НДС.  Исходя из положений Федерального закона от 02.01.2000 N 29-ФЗ «О качестве и безопасности пищевых продуктов», а также из санитарных правил и норм СанПиН 2.3.2.560-96 «Гигиенические требования к качеству и безопасности продовольственного сырья и пищевых продуктов», продовольственные товары подразделяются на пищевые продукты (употребляемые человеком в пищу) и иные продовольственные продукты (непищевые продукты). Таким образом, неясно, относятся ли законопроектом к разряду продовольственных товаров такие товары, как, к примеру, корма для непродуктивных животных или продовольственное сырьё.

Статья 9, часть 7 законопроекта запрещает включать «в договор поставки продовольственных товаров условия о совершении покупателем в отношении поставленных товаров определенных действий, об оказании рекламных, маркетинговых и иных услуг, направленных на продвижение продовольственных товаров, а также обусловливание заключения договора поставки продовольственных товаров заключением договора оказания услуг, направленных на продвижение продовольственных товаров». Данный запрет может быть легко обойдён, поскольку неясно, что на практике должно считаться «обусловливанием». В реальности договор оказания услуг будет существовать отдельно от договора поставки, а доказать факт «обусловливания» заключения одного договора другим (то есть, по существу, навязывания условий) будет непросто. Таким образом, здесь возникает большой простор для произвольных трактовок и усмотрения правоприменительных органов.

«Таким образом, в настоящем виде данный законопроект не может служить эффективной основой для регулирования торговой деятельности», - отмечает Верещагин.

Но так это или нет, нам покажет ближайшее или далекое будущее...

Анастасия Кременчук